Управление культуры

 

Администрация Новокузнецка

 

Оценка качества услуг учреждений культуры

 

Госуслуги

 

Госкаталог

 

Противодействие коррупции

К вопросу об атрибуции портретов Е.Ф. Крендовского и Т.А. Неффа из собрания Новокузнецкого художественного музея

Атрибуция портретов – наиболее интересная, захватывающая и увлекательная часть музейной научной деятельности. Многие из этих живописных произведений, в разное время и при разных обстоятельствах поступивших в коллекцию музея с пометкой «портрет неизвестного лица», навсегда могли остаться «неузнанными», если бы они не стали предметом заинтересованного и досконального изучения музейных специалистов и историков. Кроме того, постоянный обмен информацией, полученной в результате этих исследований, значительно повышает возможности экскурсионной работы музея, её вариативность и адресность.

Основой исследования портрета может служить исторический анализ имеющихся данных о художнике, личности портретируемого, установление смысла конкретной работы в определённое время. Так, уточнение времени создания работы Тимолеона Неффа не являлось целью отдельного исследования, это произошло в процессе изучения материалов о жизни и творчестве художника, его взаимоотношений с членами императорской фамилии.

О Тимофее Андреевиче (Тимолеоне Карле) фон Неффе (1805-1876) известно крайне мало. После нескольких статей начала 1860-х годов и вышедшей затем монографии, написанной дочерью художника Марией фон Грюневальдт, фактически никто исследованием творчества Неффа не занимался. Его произведения или не сохранились, или рассеяны по музеям нашей страны и зарубежья, частным коллекциям.

Изучение материалов международной научной конференции «Русская ветвь Мекленбург-Стрелицкого Дома» (Санкт-Петербург, 2001 г.)1 позволило найти историю создания портрета великой княжны, выполненного Т. Неффом в статье С. В. Казаковой «К истории заключения брака Великой Княжны Екатерины Михайловны и герцога Георга Августа Мекленбург-Стрелицкого». Портрет поступил в Новокузнецкий художественный музей в 1965 году из ГТГ, куда ранее был передан из Эрмитажа – семейной коллекции царской семьи.

«Портрет великой княжны Екатерины Михайловны» Тимолеона Неффа представляет линию развития парадного портрета середины XIX века. На фоне зимнего сада Михайловского дворца, построенного К. Росси в 1822 году для её родителей, великая княжна «предстаёт в утреннем платье без кринолина, в жакете, расшитом золотом в стиле народного казакина. Её одежда демонстрировала преданность русским национальным традициям и принадлежность к руководству женским патриотическим обществом»2. Портрет не датирован, но по возрасту модели, одежде и модной причёске с двойным пробором – это произведение достаточно точно было отнесено ранее к 1850-м годам.

С. В. Казакова, ссылаясь на воспоминания дочери художника Марии фон Грюневальдт, в описании подготовки Церемониала бракосочетания великой княжны и герцога (с 21 октября 1850 года по 4 февраля 1851 года) приводит историю создания портрета и довольно точное его описание. «В это время Т. фон Нефф написал портрет Екатерины Михайловны — невесты. Он попросил у неё разрешения написать портрет по своему вкусу, не следуя традиционным условностям. По описанию дочери художника Марии фон Грюневальдт портрет производил «электризующее» впечатление: «Великая Княжна стоит прямо, погруженная в задумчивость. Голова нежно склонена, глаза, полные душевного выражения, обращены вверх, руки как бы в рассеянности опущены вниз, правая рука играет с жемчужным ожерельем, сочная пальмовая зелень создает фон на заднем плане». Нефф написал также образ, которым благословляли Екатерину Михайловну («Маdonna della Sedia»). Она же в ответ подарила художнику булавку с большим изумрудом «на память о своей свадьбе и о тех часах, которые она провела в его ателье»3. «Глубокие дружеские чувства связывали Т. фон Неффа, Великую Княгиню Екатерину Михайловну и её супруга до последних дней жизни художника»4.

Доверительные отношения художника и Екатерины Михайловны, а также особенности биографии и личности портретируемой дали Т. Неффу возможность отойти от традиционных приёмов парадного изображения. В петербургском обществе Екатерина Михайловна занимала высокое положение, имела свой двор, слыла дамой строгой, хорошо знающей себе и своему рангу цену. В парадный портрет своей любимой ученицы художник вносит характер некоторой неофициальности, умеренной открытости образа, возникающей благодаря непарадной одежде, «будничному» жесту руки, поправляющей браслет, отсутствию антуража. Не слишком углубляясь во внутренний мир героини, Нефф всё же создает пленительный образ молодой дамы, к которой художник испытывал чувство искренней симпатии.

В работе с «Портретом молодой дамы в чёрном платье» (х., м., после 1835 г.), приобретённым Новокузнецким художественным музеем в 1983 году у московского коллекционера Юлия Владимировича Невзорова, отправной точкой исследований было имя художника. Евграф Федорович Крендовский (1810 – после 1853) – один из учеников Алексея Гавриловича Венецианова, которые своими работами ему «делали честь» и «питали его душу удовольствием»5 (1,130).

Это был, несомненно, искренний, поэтичный и тонкий художник, писавший портреты, жанровые сцены и пейзажи. До нас дошло совсем немного из созданного художником (более двадцати полотен, миниатюр). В начале XX века почти все его работы были собраны в маленьком музее художника, однако во время войны музей сгорел, и судьба этих картин неизвестна. О последних годах жизни художника точных сведений нет. По одной из версий, последние годы жизни Крендовский жил в Кременчуге, но аутентичных документов о нём ни в архиве, ни в городском краеведческом музее нет, поскольку во время Великой Отечественной войны были уничтожены практически все культурные ценности города. Теперь, в связи с юбилеем, по крупицам изыскиваются сведения о Е. Ф. Крендовском как о выдающимся представителе школы Венецианова, русском и украинском живописце, акварелисте, работавшем в жанровой и портретной живописи.

Скромный канцелярский служащий при арзамасской городской полиции, получив в конце 20-х годов начальное художественное образование в школе живописи А.В. Ступина, молодой Евграф Крендовский в 1830 году приезжает в Петербург, чтобы продолжить обучение в школе А. Г. Венецианова. Кроме того, упорный юноша вольноприходящим учеником берет уроки в Академии художеств (1830-1835). Уже в сентябре 1830 года на академической выставке появились его картины, много положительных отзывов вызвала работа Крендовского «Тронный зал императрицы Марии Фёдоровны в Зимнем дворце» (1835). Картина явно удалась художнику. Ему оставалось развить свой успех и стать со временем известным живописцем. Но в 1835 году Е. Ф. Крендовский был вынужден прервать своё обучение и вернуться по семейным обстоятельствам на свою малую родину – на Украину, где он живет и творит в имении помещицы В.М. Остроградской (в с. Мануйловка Полтавской губернии). Евграф Фёдорович обучает рисунку и живописи детей хозяйки усадьбы и пишет картины, на которых лежит отпечаток его пребывания в школе первооткрывателя народного жанра Алексея Венецианова.

После изучения непростого периода ученичества художника возник интерес к проверке существующего тезиса о Крендовском как «одном из верных и последовательных учеников Венецианова» на основе анализа «Портрета молодой дамы в чёрном платье» из собрания НХМ.

Миловидная девушка в чёрном платье с белым воротником и белыми манжетами сидит в кресле прямо перед нами, положив руки на колени. Фигура в чёрном платье чётко вырисовывается на светлом, песочно-голубоватом фоне. Композиция проста и уравновешена. Сложенные в замок руки создают впечатление незыблемого покоя и сдержанности.

Этот портрет не может служить примером характерного для венециановцев смешения портретного и бытового жанров, которое свойственно многим работам Крендовского, выполненным в этот период. («Сборы художников на охоту», 1836; «Площадь провинциального города», 1840-е). Скорее всего, художник в «Портрете молодой дамы в чёрном платье», выполняя желание заказчика, во многом следовал композиционным схемам камерного дворянского портрета, который в это время был незаменимым средством самоутверждения и эстетизации жизни в отдалённых помещичьих усадьбах.

Однако и в этом небольшом портрете мы можем найти признаки развития Крендовским тех принципов, на которых зиждилась педагогика Венецианова, то есть принципов непосредственного воспроизведения натуры. Мастерство передачи всех характерных особенностей внешнего облика человека и материальности аксессуаров доведено в этом портрете до виртуозности. Чуткое и уважительное отношение к модели позволяет нам получить некую психологическую характеристику портретируемой, почувствовать искреннюю симпатию к ней художника. Перед нами образ, равный по выразительности венециановским,— столько в нем простодушной чистоты, читаемой как нравственная национальная характеристика. Даже её наряд содержит в себе прямой и открытый намёк на личные вкусы, склонности и особенности характера модели. Она аккуратна и сдержанна, полна внутреннего достоинства и естественности и вполне может быть примером хозяйки сельской усадьбы, которая в начале XIX века олицетворяла собой "прибежище истиннаго покоя, добродетелей и чистого счастия", воспринималась как место, которое "просвещённый помещик" мог бы устраивать в соответствии со своими личными вкусами, пристрастиями, почерпнутыми во многом из столичной культуры.

Крендовский продолжал и педагогические традиции своего учителя, он имел на Украине многих учеников, при этом в прошении в Академию художеств сообщал, что постоянно занимается «рисованием и живописью с натуры». Не будучи особенно самобытным, пролагавшим некие новые пути в живописи художником, он, тем не менее, являлся одним из тех трудолюбивых и скромных живописцев, которые развивали в своих произведениях дальше реалистические основы искусства, распространяли в провинции традиции венециановской школы.

Таким образом, использование метода исторического анализа позволяет нам найти ответы на многие вопросы, возникающие в процессе исследования портретов. При определённом упорстве и везении эта работа приводит к их полной атрибуции, как это случилось с «Портретом великой княжны Екатерины Михайловны» Тимолеона Неффа. К сожалению, не удалось пока установить личность «молодой дамы в чёрном платье», но портрет, выполненный Е.Ф. Крендовским, постепенно обретает свою историю, открываются новые перспективы для дальнейшего его исследования.

______________

  1. Русская ветвь Мекленбург – Стрелицкого Дома: Сборник трудов международной научной конференции 16-18 октября 2001 года. – Санкт-Петербург: Лики России, 2005. – С.84-94.

  2. Новокузнецкий художественный музей. Альбом-каталог/ Авторы текста и составители каталога: Т. А. Бычкова, Т. М. Высоцкая, Л. Н. Ларина. – М.: Белый город, 2006. – С.8.

  3. Русская ветвь Мекленбург – Стрелицкого Дома: Сборник трудов международной научной конференции 16-18 октября 2001 года. – Санкт-Петербург: Лики России, 2005. – С.89.

  4. Там же, с. 92

  5. Алексеева Т. А. Г. Венецианов – портретист и его ученики //Очерки по истории русского портрета первой половины XIX века. – М.: Искусство,1966. – С. 130.

Г. Ф. Силенкова, Новокузнецкий художественный музей