Управление культуры

 

Администрация Новокузнецка

 

Оценка качества услуг учреждений культуры

 

Госуслуги

 

Госкаталог

Политические репрессии в художественной среде Сталинска

Тема политический репрессий в среде художников не была запланирована в ходе исследования художественной жизни Сталинска 1930-х годов. Но в процессе изучения газетных статей 1930-х годов и последующих поисков она обнаружилась сама собой. В «Большевистской стали» публиковались статьи об открытии и последующем оформлении Дворца культуры КМК. В одной из статей говорилось: «С начала открытия дворца металлургов при нем была организована художественная мастерская. Ее задача – постепенно оформить Дворец. В мастерской работают художники-самоучки тт. Манке, Фегединг и Аксенов. Художник Манке теперь работает над копией с картины Репина «Иван Грозный со своим сыном». Размер полотна 2х1,5 метра. Картина будет выставлена во Дворце металлургов. Закончена и выставлена также копия с картины Айвазовского «Прибой» работы Манке.
Мастерская оформила пушкинскую выставку, на которой были представлены портреты, картины, макеты. Товарищ Манке художественно сделал макет по произведению Пушкина «Руслан и Людмила», а также картину «Дуэль Пушкина с Дантесом».
Фегединг художественно оформляет Парк культуры и отдыха, сквер металлургов, сад металлургов, клубы нацменов и деревообделочного завода.
Сейчас художник Манке работает над картиной «На отдыхе». Художник Фегединг работает над портретами товарищей Сталина и Орджоникидзе»(
1).

Публикации о работе этих художников прекратились в 1938 году, и никакой информации о них найти не удавалось.  А в 1990-х годах Сергей Антонович Бачевский рассказал о еще одном забытом художнике – Коровиной  Валентине Ивановне, которая училась во ВХУТЕМАСе у Фалька, и впоследствии, в 1930-х годах работала преподавателем в Сибирском металлургическом институте. По свидетельству Сергея Антоновича, Валентина Коровина в 1930-х годах была арестована и вышла на свободу только после войны. Вскоре она уехала из города. С.А. Бачевский передал в архив музея одно из писем В.И. Коровиной, в котором находились фотографии ее работ (2).
Поиски информации о художниках 1930-х годов велись в нескольких направлениях, иногда предпринимались попытки отыскать направление наугад. Так в 2002 году был отправлен запрос в Архив ФСБ по Кемеровской области на четырех обнаруженных мною художников. Одновременно сделала запрос на сведения о Валентине Ивановне Коровиной в Российский архив литературы и искусства в Москве. Кроме того, использовала поиск родственников по фамилиям в городе. Если фамилии Коровина и Аксенов являются достаточно распространенными, то Фегединг и Манке – довольно редкими.

Удалось найти лишь родственников Фегединга, которые сообщили краткие биографические сведения о нем. Игорь Владимирович Фегединг родился 20 мая 1912 года в Харьковской области в городе Кременчуг, вместе с семьей в поисках работы переехал в 1930-х годах в Сталинск, где поступил на работу художником во Дворец культуры и техники металлургов. В 1937 году он был обвинен в контрреволюционной деятельности и приговорен к расстрелу. Родственники предоставили для фотографирования его пейзаж и фотографию самого художника в мастерской.
 
     
      
        И.В. Фегединг в мастерской ДКиТ КМК 
 
 
Позже из архива ФСБ пришла справка (3), подтверждающая сведения родственников; в ней же сообщалось, что в 1937 году И.В. Фегединг был обвинен в контрреволюционной деятельности и приговорен к расстрелу, а в 1956 году он был реабилитирован за отсутствием состава преступления.
 
              
     И.В. Фегединг. Пейзаж. 1932 г. Картон, масло
 
В справке из архива ФСБ содержалась информация и о других художниках – Валентине Ивановне Коровиной,  а также о Евгении Константиновиче Манке. Кроме того, прислали два паспорта – Коровиной и Манке.

Валентина Ивановна Коровина
родилась 20 февраля 1900 года в селе Фокино Молотовской области. Судя по записям в паспорте, с 1934 по 1935 годы она работала в редакции городской газеты «Большевистская сталь», а с 1936 года и на момент ареста была преподавателем рисования в Сибирском металлургическом институте и жила вместе с матерью и тремя детьми; ее младшей дочери на момент ареста было два года. 1 февраля 1937 года она  была обвинена в том, что является участником анархической группы, которая проводила контрреволюционную деятельность среди интеллигенции города Сталинска и приговорена к пяти годам лишения свободы. Она отбывала наказание в Северо-восточном лагере в г. Магадане. Освободили ее не через пять, а через семь лет, в 1944 году. Как написано в справке, после освобождения Коровина еще два года работала в Магадане – сначала на случайных работах, а затем – в бригаде изобразительного искусства, созданной при ГПУ Дальстроя, «занималась изготовлением портретов руководителей партии и правительства». Валентина Коровина вернулась в Сталинск в 1946 году и работала учителем черчения и рисования в школах №№ 26 и 52, а в 1951 году уехала в Гурьевск; там она тоже занималась преподаванием рисования и черчения, а через какое-то, неопределенное, время уехала в Саратов. В 1958 году она была реабилитирована. Коровина писала письма С.А. Бачевскому, но на мое письмо ни Коровина, ни ее дети не ответили.

Через месяц после получения справки из ФСБ пришло письмо из РГАЛИ (4). В нем содержалась копия ее анкеты «Сведения о художнике», заполненной в Сталинске в 1946 году. Из нее мы узнаем, что Валентина Коровина училась в Пермском университете на историко-филологическом факультете, который не окончила; в 1916-1917 годах училась в мастерской И. Машкова; в Пермском художественном техникуме, во ВХУТЕМАСе в мастерской Р. Фалька (не окончила). В сведениях, которые она подает, отсутствует информация об отбывании наказания, хотя она и называет несколько произведений, написанных ею на Севере, – «Зима-чародейка», «Якутия солнечная», упоминает о своем участии в выставке 1945 года в Магадане. Кроме того, Валентина Коровина указывает год рождения  – 1902, хотя и в паспорте, и в справке ФСБ стоит 1900 год рождения.  На вопрос об активности творческого труда отвечает: «Пишу мало из-за абсолютного отсутствия красок, даже для этюдов. Очень хочу получить творческий паек для предполагаемых мною (нескольких) пейзажей Горной Шории, которые думаю писать в этом году». На вопрос «Состоите ли членом (кандидатом) ССХ?» – отвечает: «Сейчас не состою».
Судя по дальнейшей судьбе Валентины Коровиной в Кузбассе, которая отражена в справке из архива МВД, никакой помощи в творческой работе она не получила.
                                                           
   
В. И.Коровина. Городской пейзаж. 1964.
 
 

Евгений Константинович Манке
, самый молодой из репрессированных художников, согласно справке ФСБ и паспортным данным, родился 22 января 1917 года в Кузнецке. Не удалось ничего узнать о предшествующих годах его жизни. Его фамилия упоминается лишь в связи с работой во Дворце культуры КМК. Из справки ФСБ мы  узнаем, что  он был арестован 5 декабря 1937 года,  обвинен за контрреволюционную деятельность и осужден на десять лет исправительно-трудовых лагерей. Ему было 20 лет. Он отбывал наказание в Ужлаге МВД Горьковской области, работал художником при политотделе лагеря. После освобождения жил в Арзамасе Горьковской области и работал художником в Арзамасском драматическом театре. 1 июля 1950 года Евгений Манке был вторично арестован за принадлежность к контрреволюционной шпионской террористической организации и отправлен на поселение в Красноярский край. В 1956 году Манке был реабилитирован.
Для продолжения поисков, уже позже, пришлось воспользоваться Интернет-ресурсом. Сначала нашелся двоюродный внук Евгения Манке, Павел Афанасьев, который сообщил информацию, которую удалось собрать ему. В основном эта информация касается истории семьи Манке, потомки которой оказались разбросанными по всей России и даже Казахстану. Дед Евгения Константиновича, Юлий Карлович Манке, был лишен дворянского титула и сослан на каторгу в Сибирь, на Нерчинские рудники за участие во втором польском восстании. Его отец, Константин Юльевич, умер во время Гражданской войны, а братья – Александр и Геннадий после ареста Евгения объявили о порыве с ним отношений. Евгений навсегда прекратил всяческие контакты с родными. Ни на одно письмо он не ответил.

Заключает свой рассказ Павел Афанасьев словами: «Говорят, что он переехал в г. Горький, где до конца жизни работал художником-оформителем в каком-то театре. Говорят, дважды был женат, первый раз на Анне Максимовне Генкиной, и от нее в 1956 году родился сын Александр, а второй брак был с Эльвирой Михайловной Карташовой, в результате чего на свет появилась дочь Екатерина…»
      
 
Е.К. Манке. Макет к постановке спектакля «Тайный брак» Чимарозы

Именно Екатерина Евгеньевна Манке, по мужу Табачникова, объявилась на сайте генеалогического форума. Благодаря ей и ее мужу, Табачникову Александру Феликсовичу, появились сведения о дальнейшей судьба Евгения Манке. Он действительно впоследствии жил и умер в Горьком (Нижнем Новгороде); стал известным театральным художником; делал декорации к спектаклям в Горьком, Челябинске, Калинине (Твери), Алма-Ата, Москве. Фотография его членского билета свидетельствует о том, что Манке довольно поздно вступил в Союз театральных деятелей – в возрасте 58 лет. Возможно, это связано с его прошлым. В 1970-е годы людям, подвергнутым политическим репрессиям, хотя и реабилитированным в свое время, сложно было пробиться в жизни. Умер Евгений Константинович Манке не так давно – 8 марта 2006 года в возрасте 89 лет.
К сожалению, как и во многих других случаях, не сохранились ранние работы этих художников. Да и собранные сведения о репрессированных художниках, конечно, не отличаются полнотой; они лишь отвечают поставленной мною главной задаче исследования – увидеть художественную жизнь города 1930-х годов не только через факты, но и через судьбы конкретных людей.
  
 
Источники:
 
1. Газета  "Большевистская сталь".-  1937, 5 марта
2. Архив НХМ. Ф.1/2, оп. 2, ед.хр. 9
3. Справка № Д-12 от 10.12.2002 г. Управления ФСБ по Кемеровской обл.
4. РГАЛИ. Ф-2075, оп. 7, д. 339, л. 5.
 

Данилова Л.Г., заместитель директора по научной работе