Управление культуры

 

Администрация Новокузнецка

 

Оценка качества услуг учреждений культуры

 

Госуслуги

 

Госкаталог

Борис Эндер, ученик М. Матюшина. Сибирский период творчества (1942 – 1943)

В Энциклопедии русского авангарда, вышедшей в 2015 году, в биографии Бориса Эндера указано, что в годы Великой Отечественной войны он был в эвакуации в Сибири с 1941 по 1944 год. Работал как художник театра, писал акварели.   В собрание Русского музея в 1980 году от жены художника Марии Тимофеевны Казаковой-Эндер поступили 50 акварелей Бориса Эндера, выполненных непосредственно в эвакуации. Место эвакуации – Сибирь – получило конкретное имя. Это были два города – Киселевск в 1942 и Новокузнецк (Сталинск) в 1943.
Борис Владимирович Эндер   родился в Петербурге 23 января (4 февраля) 1893 года  в  семье агронома, обрусевшего немца. В 1913 году он поступил  на исторический факультет Петербургского университета.  В 1915 мобилизован, как многие молодые люди; служил в санитарной части.  После 1918 года  – в Красной армии. По окончании военной службы Эндер поступил в Петроградские Государственные свободные художественные мастерские, где учился  с 1918 по1923 год. Этот шаг не был спонтанным. В юности он брал уроки рисования у Ивана Билибина. В доме Билибина в 1911 году произошла встреча с Еленой Гуро (1877 – 1913)  и  Михаилом Матюшиным.   «Эта встреча (…) укрепила его решение окончательно связать жизнь с искусством и в дальнейшем отдал также дань экспериментам в области заумного стихосложения», - пишет Арсен Мирзаев в предисловии к книге Е. Гуро «Небесные верблюжата. Избранное», вышедшей в издательстве Лимбус Пресс в 2001 году.
Образ Бедного рыцаря Вильгельма впервые появляется в пьесе Гуро «Осенний сон»(1912). Она многократно  рисует высокого хрупкого юношу карандашом и кистью, пишет акварелью и маслом. В образе «сына», которого в действительности у Гуро никогда не было,  воплотились черты  ученика Матюшина  художника  Бориса Эндера (правда, в этот период Эндер еще не был учеником Матюшина). В записных книжках Елены Гуро, периода  1911 года есть любопытные записи: ««13 февраля 1911:  Эндер. У моря бывает его доверчивый голубой взгляд. (…) У него такие сдвинутые беспокойно, упорно глаза, дрожат ноздри: признак породы и нетерпения, за которые поколачивают. Рот у него немного незаконченный, «птенячий», с судорогой в уголке. Он требует, топает ногой, потом просит своих несомненных прав».  
Итак, после демобилизации Борис Эндер поступил в Петроградские Государственные свободные художественные мастерские, где его учителями были Кузьма Сергеевич Петров-Водкин, Михаил Васильевич Матюшин. Недолго в 1918 году прозанимался Эндер и у Казимира Севериновича Малевича. Но Малевич работал в этом году между Петроградом и Москвой,  а в 1919 году уехал в Витебск.
В 1920 году Эндер собирает материалы для музея Красной армии в Пскове. Для Балтийского флота вместе с коммуной им. Елены Гуро делает панно «Мировой коммунизм».
В 1919 – 1922 годах Борис Эндер работает в мастерской пространственного реализма у Матюшина вместе с братом Георгием и сестрами Марией и Ксенией. В 1923 году Матюшин приглашает в свой отдел Органической культуры ГИНХУКа  художников, учившихся у него в течение пяти лет в Мастерской «Пространственного реализма» в Академии Художеств: Бориса, Марию, Ксению, Георгия Эндеров и Николая Гринберга. В одном из докладов Матюшин так формулирует задачу, поставленную перед его отделом: «Мною и Малевичем была отмечена особенность исключительно свойственная художникам принимать эмоционально насыщенно все видимое, не разбираясь в своих возможностях усваивания воспринятого. Здесь крылась постоянно одна и та же ошибка неосознанного и неорганизованного. Это привело нас к решению поставленных перед нами задач с различным уклоном. Я в чисто практическую, Малевич в теоретическую стороны. Отсюда явилась возможность более или менее полно выразить наше общее исследовательски-опытное усилие».
Эндеры и Гринберг  работают в лаборатории зрения, слуха и осязания по исследованию активных центров мозга в наблюдении цветоформы. Борис Эндер сделал множество докладов и написал ряд статей по этой тематике.  «Исследование цветоформы в расширенном смотрении на широких пространствах природы»,  «О дополнительном восприятии цвета» и др.
Таким образом, задачей отдела Органической культуры было на основе принципов ЗОР-ВЕДа опытным путем, лабораторным исследованием проверить, подтвердить или уточнить, найденные при наблюдении на натуре, особенности поведения и взаимодействия главных средств  пластического языка – формы, цвета, а позднее исследование влияния на них звука.
Борис  Эндер писал, что это достигалось «расширенным смотрением», которое создавало глубокое понимание взаимосвязей, «слитность сущностей, а не видимостей, почувствовать себя на земле, выросшим и вросшим в нее в ее жизнь можно, если смотреть в небо. Человеку нужно глазами видеть небо. Поэтому он обращается к богу в небе. Как бы мне увидеть небо через землю». В этой записи Эндера очень точно отражено состояние художника, наблюдающего природу и воспринимающего ее всем своим существом.  
Работы, написанные в таком состоянии наблюдения, Матюшин и его коллеги из Органического отдела называли «новый перпендикуляр (или «вертикал»), смотрение по горизонтали, по вертикали, из центра, одновременно по двум перпендикулярам и т.д.
В 1926 году ГИНХУК был закрыт, но Матюшин, Борис, Ксения и Мария Эндеры сделали много новых наблюдений, связанных со звуком, шумом, с простейшими звуками: стуком, шорохом, свистом, шелестом и пр. Были сделаны модели на связь звука с цветом, шума с цветом, многочисленные таблицы на взаимосвязь шума и света, звука и цвета. Исследовались звуковые тембры, обертоны, изучалась древняя музыка Индии, Китая, Африки, северных народов, островов Полинезии, природных звуков (птиц и пр.) в их связи с цвето-формовым пространством. Каждый из коллег Матюшина играл на каком-нибудь музыкальном инструменте: Мария Эндер на рояле, Борис – на виолончели, Ксения – на альте. В 1928 году Матюшин и Мария Эндер исполнили композицию для четвертей тона на квартире у Георгия Римского-Корсакова в присутствии молодого Дмитрия Шостаковича.  
В.В. Стерлигов, петербургский художник, ученик Малевича, вспоминал, что в 20-е годы в квартире Эндеров (Петроградская сторона, ул. Песочная, 33)  часто бывали поэты, писатели, художники: Заболоцкий, Матюшин, Хармс, Вера Ермолаева  и многие другие.    
С 1-го января 1927 года произошло слияние ГИНХУКа с Государственным институтом истории искусств. ГИНХУК как самостоятельный институт перестал существовать. При слиянии возникла иная структура: Комитет по изучению современного изобразительного искусства с лабораторией по ИЗО искусству (К. Малевич), экспериментальная лаборатория физико-физиологических основ изобразительного искусства (Матюшин – заведующий, Мария Эндер –- лаборант). Борис Эндер стал лаборантом Комитета Современной Художественной промышленности, возглавляемым архитектором Александром Никольским. Короткое время он занимался раскраской зданий.
В 1927 году Эндер переезжает в Москву.
Матюшин, Мария Эндер, Ксения Эндер (сверхштатный сотрудник) и девять художников – бывших учеников Матюшина, допущенные к работе, продолжали заниматься проблемами, поставленными в отделе Органической культуры ГИНХУКа: нахождение закономерностей изменяемости цвето-формового образа от физических  и физиологических причин, использование этих законов при создании плаката, узора, рекламы и пр. Борис Эндер  был участником крупных значительных выставок с 1922 года.                                                                                                                           
Первая русская художественная выставка  в галерее Ван Димен в Берлине   1922, в  1923 – в Амстердаме, на 14-я Биеннале в Венеции – 1924, в  выставке советского искусства в Японии – 1927 (по инициативе Н.Н. Пунина). Выставка петроградских  художников всех направлений – Петроград, 1923 (вместе с братом и обеими сестрами).  По приглашению Николая Михайловича  Суетина участвовал в оформлении советских павильонов на Международной выставке в Париже (1937) и Нью-Йорке (1939).  В 1938 – 1939 гг. вместе с Е. Я. Астафьевой и своей сестрой М. В. Эндер оформил павильон «Ленинград» на ВСХВ в Москве.
Акварели художника, созданные в период эвакуации, – своеобразный дневник, который начинается в январе 1942. «Первый набросок. Вид из окна».  И дальше, день за днем, фиксирует художник события жизни, пишет пейзажи, которые всегда в его творчестве были ведущим жанром  (наблюдение за природой в группе ЗОРВЕД, разрешение  сложных  пространственных соотношений цветов, уравновешивание  их на живописной плоскости, решение  объемной выразительности  без употребления светотени, очищение  цвета, создавая необыкновенное его СВЕЧЕНИЕ). Надписи на оборотах акварелей часто комментируют изображения, придавая им дополнительную эмоциональную окраску: «Купили у рыбаков мороженых окуньков», «Зима кончилась. Краски перешли на гору», «Радость земная несмотря ни на что» (на летнем рисунке в июле 1942), «Своя картошка», «Свои огурцы» и т.д.  В 1930-е годы художник все больше склоняется к фигуративному искусству, однако принципы цвето-световой формы в ее чистоте, светоносности, сиянии не исчезают в его работах. Это – цветовой «трепет» самой Природы. Сибирские акварели демонстрируют все эти качества. Акварель легко касается бумаги, создавая ясные чистые гармонии.
Коллекция акварелей Бориса Эндера в ГРМ  позволила не только уточнить место эвакуации художника, но и время его жизни в Сибири:  январь 1942 – 26 сентября 1943. После Второй Мировой войны он был одним из руководителей Строительной выставки, а также главным художником советского павильона на Промышленной выставке в Будапеште в 1949 г.
В1950-е годы художник активно занимается живописью. «Последний период Эндера  отмечен необычайным творческим подъемом. Летом 1959 года художник совершил длительное пешеходное путешествие по Ярославской области – по извилистым, как нить волшебницы, тропинкам в таинственном  зеленом сумраке сказочных лесов. Во время этих прогулок он сделал множество зарисовок, а в своей деревенской мастерской  писал акварелью и маслом. <…> «Продолжаю разбираться в природе русского леса», - писал он».
В 1974 – состоялась однодневная выставка Бориса Эндера  в Доме художников в Москве.
Первая большая персональная выставка была открыта  в 1977 в Риме и Ливорно.
Работы художника есть в ряде музеев России и за рубежом:  ГРМ, ГТГ, Орловский музей изобразительного искусства, Саратовский государственный музей им. А.Н. Радищева,  Нижнетагильский государственный музей изобразительных искусств, Государственный музей современного искусства, Салоники. Музей Людвига (Кельн), галерея Гмуржинска (Цюрих).
Значительная часть  творческого наследия художника хранится в Государственном архиве литературы и искусства.

Вострецова Людмила Новомировна, старший научный сотрудник Отдела рисунка ГРМ